Главная » Статьи » Оружие

Противотанковые ружья РККА
Борис Давыдов
СОВЕТСКИЕ ПТР. НЕИЗВЕСТНОЕ ОБ ИЗВЕСТНОМ



 Предлагаемая статья содержит краткий обзор истории разработки
и производства противотанковых ружей (ПТР) в СССР. Большинство публикаций на эту тему содержит, в основном, информацию об известных ПТР Дегтярева и Симонова, а также ружье Рукавишникова, принятом на вооружение в 1939 г. Практически все авторы приводят единственную версию снятия этого ПТР с вооружения в 1940 г., обвиняя в этом маршала Кулика. Архивные же материалы помогают увидеть несколько другие причины. Поскольку автор не встречал достоверных опубликованных фотографий ПТР Рукавишникова, то желает исправить это положение. Интересными, очевидно, будут также фотографии некоторых опытных ПТР и объемы их производства по годам и заводам.


 1. Фрагмент опытного ПТР Владимирова, первый вариант (общий вид - на рис. 3). Образец с выставки в Центральном музее ВОВ, работающей до конца 2005 г.


До 1937 г. проектирование и изготовление противотанковых ружей находилось под эгидой структур Артиллерийского комитета (АК), занимавшихся собственно ар­тиллерией, а не стрелковым оружием. Может быть, из-за этого сложилась традиция причис­лять к ПТР и оружие калибра 20 мм и выше, что не совсем соответствует понятию «ружье», или более точному термину «винтовка». Первым ПТР, принятым на вооружение в начале 1930-х, было 37-мм ПТР Курчевского. Его довольно
скоро сняли с вооружения как не удовлетво­ряющее требованиям войск по безопасности, маневренности и бронепробиваемости из-за малой начальной скорости снаряда. В январе 1941 г. Наркомат вооружения (НКВ) принял в металлолом для переплавки со складов НКО хранившиеся там 118 штук 37-мм ПТР «К». В данной статье прочие проекты «ружей» по­добного калибра будут лишь кратко упоми­наться, а проекты 20-мм ПТР получат немного большее освещение.

 В марте 1936 г. вышло правительственное постановление, обязывающее разработать про­екты ПТР по тактико-техническим требованиям (ТТТ), представленным АУ РККА. Проектирова­ние ружей было поручено ЦКБ-14 в Туле, заводу №2 в Коврове, заводу №8 в подмосковном Ка­лининграде и московским ОКБ-15 и ОКБ АУ. Тре­бования предусматривали бронепробиваемость 16 мм на дистанции 600 м, калибр 20-25 мм, вес 35 кг, магазин на 5 патронов, расчет 2 человека и наличие станка. Первым в ноябре 1936 г. на Научно-исследовательском артиллерийском по­лигоне (НИАП, подмосковный Красноармейск) было испытано опять же 37-мм (?) ПТР, разрабо­танное ОКБ АУ. Оружие было отклонено из-за неудовлетворительной бронепробиваемости, большого веса и малой маневренности.


2. Опытное 12,7-мм ПТР И. Гришеля и Г. Гулина ЦКБСВ-50. ЦКБ-14, г. Тула, 1936 г.
3. Опытное 14,5-мм ПТР Владимирова, первый вариант. ЦКБ-2,г. Ковров, 1938 г.архив


Целая серия испытаний прошла на НИАП в апреле 1937 г., но все образцы (таблица 1) были отклонены. ПТР Гришеля-Гулина под 12,7-мм патрон ШВАК (рис.2), называвшееся вначале «ЦКБСВ-50», имело удовлетворительную куч­ность, но не было пропущено НИАП из-за низ­кой бронепробиваемости, недоработанной автоматики (32% задержек), малой прочности деталей и устойчивости. Было отмечено также отравляющее воздействие пороховых газов на расчет ПТР из-за неудачного дульного тормоза Слухоцкого (на рис. 2 на образце 1936 г. его еще нет). Ружье Коровина (ЦКБСВ-57) под 20-мм пат­рон ШВАК разбиралось на две части и имело те же недостатки, что и предыдущее, а также малую живучесть и большой вес. Два варианта ружья Блюма-Владимирова под 20-мм патрон автоматической пушки обр. 1930 г. отличались только тем, что одно имело сошку, а другое устанавливалось на станок. Отмечалась просто­та и прочность автоматики, но слишком боль­шой вес и недостаточная бронепробиваемость.
Еще несколько типов ПТР были проверены в августе 1938 г. уже на Научно-испытательном полигоне стрелкового вооружения (НИПСВО) в районе подмосковного Щурово. Автоматика 20-мм ПТР Владимирова работала по принципу длинного хода ствола с поворотным затвором. Полигон отметил конструктивную и производс­твенную простоту оружия, на забраковал его из-за большого веса, неудовлетворительной бронепробиваемости, малой маневреннос­ти и отсутствия открытого прицела. Его же 14,5-мм ПТР (рис. 3) имело, по мнению НИПСВО, те же преимущества, а также удачную конструк­цию магазина, в который, без отделения его от ружья, помещалась пластинчатая обойма с пат­ронами (рис. 4). По израсходовании патронов обойма выбрасывалась из магазина. Началь­ная скорость также была удовлетворительной, но ружье забраковали из-за малой живучести ствола (150-200 выстрелов) и неудовлетвори­тельной кучности. Еще одно ПТР Владимирова калибра 12,7 мм имело те же преимущества и недостатки.
ПТР конструкции КБ НИПСВО, разработан­ное по заданию Арткома АУ, работало на от­воде газов, с перекосом затвора вверх, быстро разбиралось на две части. У него были удовлет­ворительные начальная скорость и бронепро­биваемость (20 мм на 600 м). Но и это ПТР не вы­держало полигонных испытаний из-за большого веса, малой живучести ствола, плохой кучности. Два варианта ПТР Блюма не прошли полный цикл испытаний на полигоне «из-за отсутствия



   
 прицела». Они были забракованы по причине низкой живучести стволов и опасной работы подвижных частей: в одном случае над спиной стрелка, в другом - перед его лицом.


4. Снаряжение магазина ПТР Владимирова обоймой с 14,5-мм патронами, 1938 г.


Таблица 1

Одновременно с самозарядными ружья­ми полигонным испытаниям было подвергнуто 12,7-мм магазинное ПТР НИПСВО (рис. 5). Это ружье являлось модификацией 12,7-мм герман­ского «Маузера», производившегося в Туле и Ижевске небольшими сериями для определения баллистических характеристик наших 12,7-мм патронов. Его вес с катками достигал 20 кг. На дистанции 400 м 20-мм броня из него не про­бивалась, оставались лишь вмятины глубиной 12-15 мм, поэтому ружье испытаний не выдер­жало. Но были отмечены и положительные стороны этого ПТР: удовлетворительный вес, хорошая маневренность, простота конструкции, хорошая кучность боя. Такое ружье могло быть легко поставлено на производство, поскольку его прототип изготавливался в ЦКБ-14, а патро­ны уже выпускались серийно.
В «Журнале» Арткома, подготовленном 5-м Отделом (стрелкового оружия) в ноябре 1938 гг. по итогам этих испытаний, было отме­чено, что с 1936 по август 1938 г. было разра­ботано и испытано 15 ПТР, но ни одно из них не удовлетворяет ТТТ и не может быть принято как ротное противотанковое средство. Анали­зируя ситуацию, АК решил, что в ТТТ был вы­бран очень крупный калибр, из-за чего вес и га­бариты ПТР получились слишком большими, не приемлемыми для ротного оружия. Было отме­чено, что на испытания представлялись образцы и более крупных калибров, чем указанные в 111, а использование явно маломощных пат­ронов ШВАК не позволило достичь заданной бронепробиваемости. Своевременно не дела­лись выводы из накопленного опыта, повторя­лись прежние ошибки.
Стоит процитировать целый отрывок из «Журнала»: «В будущей войне танки чаще всего будут появляться большими массами неожидан­но, пользуясь всякими благоприятными усло­виями. Можно предполагать, что действие ПТ орудий и артиллерии обороняющихся не всегда смогут оказать своевременную поддержку пе­хоте. В зависимости от условий боя и местности пехота может быть предоставлена сама себе, не имея средств вывести танк из строя. При на­ступлении громоздкие орудия не сумеют сопро­вождать отдельные стрелковые части, и танки обороняющегося могут безнаказанно расстре­ливать их.
В силу этих соображений является необходи­мостью иметь на вооружении роты ПТ средства, которые могли бы находиться при ней при лю­бых условиях боя и местности. Таким средством является ПТР, посильное по весу и обслужива­нию в бою двум человекам. Это ружье может быть использовано с успехом и против других целей, а именно: против пулеметных гнезд, противотанковых орудий и т. п. При обороне эти ружья должны действовать и как кинжаль­ные от 500 до 100 м. Основные требования, которые необходимо предъявить противотан­ковому ружью, следующие: 1. Малый вес, хо­рошая маневренность и маскировка. 2. Легкие танки с 20-мм броней должны пробиваться до 500 м при угле встречи 30°. Таким требовани­ям может удовлетворять ружье калибра 14,5 мм при весе пули 64 г и при начальной скорости 1000 м/с. Лучше пойти на снижение бронепро­биваемости (или дистанции), чем на увеличение веса, если взять калибр больше.»
Учитывая, что на вооружении пока не было ротного ПТ средства и войска не имели практи­ки их эксплуатации, 5-й Отдел Арткома посчитал необходимым введение в кратчайший срок на вооружение РККА (вплоть до создания более мощного) 12,7-мм магазинного ружья типа «Мау­зер», переделанного НИПСВО под патрон пуле­мета ДК. Из всех испытанных самозарядных ПТР было отмечено 14,5 мм ружье Владимирова. Его рекомендовали доработать для улучшения кучности и увеличения живучести. Разработка и изготовление ПТР должны были проводиться на основе ТТТ, разработанных 5-м Отделом. Эти требования предусматривали создание самоза­рядного ружья калибра 14,5-мм, весом 20-23 кг, длиной 1600-1700 мм, с магазином на 5 патро­нов. Расчет - два человек, ружье для переноски должно быстро разбираться на две части.



5. На этой фотографии из книги Болотина «Советское стрелковое оружие» изображено 12,7-мм ПТР «Маузер», а не 14,5-мм ПТР Рукавишникова
6. Это и есть 14,5-мм ПТР Рукавишникова обр. 1939 г. (1 - приемник для обоймы с патронами)


«Журнал» утвердил чертежи опытного об­разца 12,7-мм ПТР под отечественный патрон, присвоив ему индекс 56-В-542А. Было решено заключить договор с ЦКБ-14 на изготовление опытной серии 12,7-мм ПТР типа НИПСВО в ко­личестве 20 штук и организовать в начале 1939 г. войсковые испытания этих ружей. Выдали также задание НИПСВО на разработку и изготовление 14,5-мм ПТР и ЦКБ-2 - на доработку 14,5-мм ПТР Владимирова. «Журнал» был подписан началь­ником 5-го Отдела Арткома АУ майором Бульбой и сотрудниками отдела военинженерами 2-го ранга Бычковым и Фоминым. Очевидно, к испытаниям не были еще готовы разрабатывав­шиеся в Ижевске самозарядное ПТР под новый усиленный 14,5-мм патрон, ПТР того же калибра с сошкой, а также 7,62-мм ПТР от ЦКБ-14.


7. ПТР Владимирова, 2-й вариант, во время испытаний 1939 г.

В августе-сентябре 1939 г. состоялись срав­нительные испытания нового образца 14,5-мм ПТР Владимирова (ЦКБ-2) и Рукавишникова (НИПСВО). ПТР Шпитального (ОКБ-15) из-за недоработанной конструкции и большого ко­личества поломок и задержек с полигонных ис­пытаний было снято. Ружье Владимирова было создано по договору с АУ от 9 января 1939 г. и к апрелю было собрано и отлажено. Из-за отсутствия патронов, которые должен был обеспечить заказчик, заводские испытания от­кладывались на несколько месяцев. Патроны, собираемые НИИЛ-12 на НИПСВО, были плохо­го качества и стали одной из причин задержек в стрельбе. В конце августа ПТР Рукавишникова несколько раз опробывалось стрельбой после срочной доводки, включая замену ствола.
Автоматика ПТР Владимирова работала за счет использования отдачи при выстреле, ружье имело подвижный ствол с длинным ходом, запи­рание осуществлялось поворотным поршневым затвором. Питание - из отъемного магазина на пять патронов, помещенных в обойму. В ПТР Ру­кавишникова использовалось давление отводи­мых из ствола пороховых газов, воздействовав­ших на поршень, связанный с подвижной рамой. Запирание обеспечивалось поворотным затво­ром типа стакана, а питание - через специаль­ный приемник с вилкой, в который вкладывалась обойма с пятью патронами. Результаты стрельб из этих ПТР оказались примерно одинаковыми, было обнаружено значительное количество не­исправностей. Самой большой проблемой были задержки, связанные с неэкстракцией гильз. В итоге НИПСВО отдал предпочтение ПТР Рука­вишникова.
Комитет Обороны (КО) 7 октября 1939 г. принял постановление «О введении на воору­жение РККА 14,5-мм противотанкового ружья конструкции тов. Рукавишникова под патрон \ 14,5 мм образца 1939 г.» На 1939 г. заводу №2 был установлен план по изготовлению не менее    50 единиц ПТР, а в 1940 - 15 тыс. На заводах №3 в Ульяновске и №46 в Кунцево планировалось изготовить 14,5-мм патроны для ПТР: в 1939 г. - не менее 50 тыс., в 1940 - 8 млн. штук.
Во исполнение этого решения на заводе №2 в декабре 1939 г. было организовано проект­ное бюро для отработки чертежей и разработки технологии. Но в январе - феврале 1940 г. все силы завода были брошены на работы по пис­толету-пулемету ППД и диску к нему, что отри­цательно сказалось на выполнении программы по ПТР. В апреле была закончена конструктивно- технологическая отработка чертежей, графико- аналитическая отработка системы, разработка
 
 
ТАБЛИЦА 2. НЕКОТОРЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ПТР, ПРЕДСТАВЛЕННЫХ НА ИСПЫТАНИЯ В 1939 Г.      


 

технологического процесса. Под производство ПТР была подготовлена площадь в 3,5 тыс. м. В 1939 г. на заводе «кустарным» путем была из­готовлена опытная партия из пяти ПТР, испыта­ние которой было закончено в январе 1940 г. В1940 г. по окончательно отработанным чертежам приступили к изготовлению партии в 50 ружей.
Велись работы и над другими образцами ПТР. В планы 1940 г. поставили задание на про­ектирование и изготовление ПТР под патроны калибра 7,62 мм и 12,7 мм с большой началь­ной скоростью (БНС), созданные в ЦКБ-14. Планировалось сделать два образца: 12,7-мм самозарядное ПТР весом 15-17 кг и 7,62-мм магазинное весом 7-10 кг. Затем предполагали провести сравнительный анализ ПТР калибров 14,5 мм, 12,7 мм и 7,62 мм для выбора наилуч­шего решения. Занимавшемуся вооружением укрепрайонов ОКБ-43 выдали задание на раз­работку конструкции казематной установки для ПТР, спаренного с 7,62-мм станковым пулеметом ДС. Разрабатывало свое самозарядное 14,5-мм ПТР и ОКБ-15. Рассматривался вариант исполь­зования в качестве противотанковых средств опытных 14,5-мм пулеметов Дегтярева-Шпагина и Симонина.
Между тем, конструктор Владимиров не со­гласился с мнением НИПСВО, отдавшего пред­почтение ружью его конкурента, и направил жалобу Сталину. В ней он обвинял полигон в пристрастности к ПТР сотрудника полигона Рукавишникова. В марте 1940 г. для рассмот­рения его жалобы была создана комиссия, в составе которой были Нарком вооружения Ванников и представители Управления стрелко­вого вооружения (УСВ) АУ. Комиссия рассмот­рела жалобу, ознакомилась с актами испытаний 1939 г. и образцами оружия. Анализ актов по­казал, что кучность боя и бронепробиваемость ружей примерно равны, но полигон посчитал, что ПТР Рукавишникова (далее - ПТРР) удов­летворяет требованиям ТТТ, а Владимирова (ПТРВ) - нет. Не касаясь вопросов технологии, было признано, что ПТРР не имеет больших преимуществ перед ПТРВ, ружья равноценны, кроме длины и энергии отдачи. Комиссия пос­тановила провести повторные сравнительные испытания этих ПТР в 1940 г. на НИПСВО. Заво­ду №2 приказали в апреле изготовить два ПТРВ, а патронному Третьему ГУ НКВ -1000 патронов калибра 14,5 мм.
Руководство завода №2 также высказало свое мнение, заявив, что технологическое обо­рудование и затраты времени для изготовления ПТРР и ПТРВ примерно одинаковы. Было ука­зано, что обработка деталей для ПТРВ проще, несмотря на большее их количество. Правда, отметили, что для обработки коробки ПТРВ из-за ее больших размеров требуются крупные токарные и расточные станки. Для заготовки этой коробки также нужна специальная толстос­тенная труба длиной 190 см. По мнению завода, производственная сборка и отладка ПТРВ была также менее сложна и требовала меньше вре­мени, хотя выводы были сделаны на основе пер­вого образца ПТР Владимирова, а не второго, проходившего сравнительные испытания.
 
БаС-2 - опытное 14,5-мм ПТР Бачина-Светличного. Завод №74, г. Ижевск, 1940 г.
8. БаС-2 - опытное 14,5-мм ПТР Бачина-Светличного. Завод №74, г. Ижевск, 1940 г.

Распоряжением КО от 17 июня 1940 г. была создана комиссия по проверке ПТРР и ПТРВ под председательством начальника УСВ Склизкова. Повторные полигонные испытания были про­ведены с 26 июня по 2 июля. ПТРВ изготовили для испытаний по чертежам опытного образца, а ружье конкурента взяли из серии в 50 единиц с завода №2. В ходе испытаний у ПТРВ выявили недопустимо большую отдачу, сильно утомляв­шую стрелка. Отсутствие приклада также при­знали неудобным. ПТРР при стрельбе засыпало стрелка песком, пылью, мелкой травой и обда­вало горячими газами, что сильно затрудняло стрельбу. При принятии на вооружение ПТРР в комплекте к нему был предусмотрен брезен­товый чехол-подстилка для крепления к грунту под дульным тормозом (не трудно представить, как второй номер в бою под огнем перемеща­ет этот брезент при изменении направления стрельбы или смене огневой позиции!). ПТРР было чувствительно к запылению, при этом за­клинивало его подвижную систему. У него было 70% задержек с сухими патронами заводского изготовления, а у ПТРВ - 17%. При стрельбе патронами, покрытыми слоями парафина и лака, ПТР работали лучше. Автоматика ружья не ра­ботала при упоре его в массивную неподвиж­ную опору, а также совсем без упора, на весу.
В итоге комиссия сделала вывод, что ружья испытания не выдержали и их необходимо до­работать, прежде всего, для стрельбы нормаль­ными, непарафинированными патронами, и уст­ранить неэкстракцию гильз. Комиссия отметила хорошую живучесть деталей, особенно стволов, которая увеличилась в 1,5 раза по сравнению с предыдущими испытаниями. Отметили необхо­димость доработки и патрона. В конце протоко­ла была фраза: «С актом комиссии ознакомлен и с выводами согласен» и стояли личные подписи Владимирова и Рукавишникова. Через несколь­ко недель, 26 июля 1940 г., КО принял постанов­ление, гласившее: «ПТР 14,5 мм и боеприпасы к нему с вооружения снять и производство прекратить».
Здесь уместно вернуться к расхожему мне­нию, что ПТРР сняли с вооружения из-за того, что оно, по мнению маршала Кулика, не способ­но пробить броню неких новых немецких тан­ков. Действительно, Зам. наркома обороны по вооружению не раз заявлял об усилении бро­нирования танков. Например, на совещании хозяйственного актива НКВ в январе 1941 г. он сказал: «Враг изобрел втихомолку такую броню, которую не пробивала бронетанковая француз­ская пушка.». Но заметьте, что ни в ходе разби­рательства по письму Владимирова, ни в реко­мендациях комиссии по повторным испытаниям не было ни слова о недостаточной бронепро­биваемости ПТР. Более того, и снятое с воору­жения ПТРР, и его конкурент ПТРВ продолжали активно дорабатываться, но не в направлении увеличения их бронепробиваемости. Полагаю, что демонизация роли Кулика в этом вопросе является одним из мифов, кочующих из издания в издание.

Немецкое ПТР PzB.39, аналог которого выпускался в 1941 году в Туле.
Немецкое ПТР PzB.39, аналог которого выпускался в 1941 году в Туле.

1 - дульный тормоз, 2 - 6 - магазин (ускоритель 8 - защелка откидного
мушка, 3 - ствол, 4 - сошка, 5 - рукоятка для переноски, стрельбы), 7 - рукоятка заряжения и управления огнем, приклада, 9 - флажок предохранителя, 10 - приклад

 Не совсем ясно, всю ли партию в 50 ПТР Рукавишникова успели сделать на заводе №2 в Коврове. По отчетам, отгружено ГАУ 14 штук, а патронным заводам №46 НКВ и №3 - соответс­твенно два и одно ПТР. Всего 17 ПТРР и одно ПТРВ для испытаний. С завода №74 в Ижевс­ке успели отгрузить 8 Ковров 1642 ствола для ПТРР, а на заводе №46 в Кунцево выпустили 600 тыс. 14,5-мм патронов. Завод №3 в Улья­новске также принимал участие в производстве 14,5-мм патронов, но, вероятно, не успел нала­дить их серийный выпуск.
Продолжалась доработка имеющихся ПТР и разработка новых. Например, в плане опыт­ных работ ОКБ-15 на 1941 г. было предусмот­рено 14,5-мм ПТР со сроком сдачи в июле. За счет госбюджета на это выделялось 250 тыс. руб. На заводе №74 в 1940 г. разработали 14,5-мм ружье БаС-2 главного конструктора завода Бачина и Светличного (рис. 8). Его ав­томатика работала за счет энергии пороховых газов, отводимых через специальное отверс­тие в канале ствола. Запирание производилось посредством перекоса затвора вниз. Уделялось внимание и боеприпасам. Так, оценке подвергся 7,92-мм патрон от трофейного польского ПТР.
В конце 1940 - начале 1941 гг. были прове­дены испытания модернизированного ПТР Рука­вишникова. В акте НИПСВО по их результатам ружье получило положительное заключение. В июне на НИПСВО были проведены парал­лельные испытания БаС-2 и двух доработанных образцов ПТР Рукавишникова. БаС-2 испытания не выдержало из-за недостаточной бронепро- биваемости, большой энергии отдачи, малой живучести и неотработанной подачи патро­нов из магазина. ПТР Рукавишникова в отчете НИПСВО от 23 июня 1941 г. было рекомендо­вано для принятия на вооружение. По сравне­нию с образцом 1939 г., ПТР было доработано и несколько изменено, но дало 3,6% задержек, причем, в основном, смазанными патронами.

Возможно, на выводы НИПСВО повлияло то, что примерно в мае 1941 г. Рукавишников напра­вил жалобу в ЦК ВКП (б) тов. Маленкову. В ней описывались плохие условия для его конструк­торской работы на НИПСВО, которая к тому же дает основания «конкурентам» обвинять полигон в пристрастности к образцам Рукавишникова. Конструктор полагал, что при принятии в 1940 г. решения о снятии его ПТР с производства были преувеличены отрицательные стороны ружья и преуменьшены положительные. На конструк­цию оружия работниками завода №2 и наркома­та списывались недостатки производства и его организации, они же выступали за повторные испытания.
Рукавишников писал: «Правда, протащить систему Владимирова и на этот раз не удалось, так как в ней выявлена полная невозможность ее дальнейшей доработки и опасность для самого стреляющего, но зато удалось окон­чательно сорвать систему Рукавишникова, ис­пользовав «теорию» непригодности ружей для борьбы против бронесил противника. В резуль­тате наша пехота осталась без противотанковых ружей, а армии воюющих стран, имея не плохую противотанковую артиллерию, одновременно и с успехом используют ружья, несмотря на то, что они значительно хуже наших». Напомню, что ни в одном из изученных мною архивных мате­риалах не ставилась под сомнение способность ПТР бороться с танками.
Причинами плохих результатов испытаний его ПТР конструктор считал патроны и ружье завод­ского изготовления, чего не было с опытными ружьями и патронами, сделанными на НИПСВО. Доработанное облегченное ружье с улучшен­ным дульным тормозом дало хорошие резуль­таты по отчетам НИПСВО за декабрь и январь 1941 г. Рукавишников полагал, что, доработав гильзу патрона по чертежу НИПСВО и снабдив его новыми элементами (сердечник и порох), можно будет достигнуть пробивания брони, зна­чительно превышающей 40-50 мм. Он просил модернизировать 20-30 штук его ПТР находя­щихся на консервации на заводе №2, и передать их на полигонные и войсковые испытания. Жа­лобу, очевидно, направили для рассмотрения в СНК, потому что в копии сохранилась резо­люция зам. председателя Н. Вознесенского от 3 июня: «тт. Ванникову и Кулику (лично). Прошу сообщить Ваше заключение о «ПТР» Рукавиш­никова и вообще о жалобе т. Рукавишникова». Там же была и резолюция нового Наркома во­оружений Д. Устинова (Б. Ванников 6 июня был арестован) от 16 июня: «т. Барсукову. Нужно дать мне все материалы по этому вопросу, в том чис­ле решение НКО».
Справки по ПТР стали составлять в тот же день. Памятное всем 22 июня 1941г. и после­дующие тяжелые дни отмечены в архивных  документах НКВ активной перепиской по ПТР Рукавишникова - от истории его разработки до проектов принятия на вооружение вновь. Были приведены соображения по организации производства 50 тыс. ПТР в год. Нарком Усти­нов 5 июля направил Вознесенскому проект постановления о принятии на вооружение ПТР Рукавишникова. Поскольку НКВ на своих пред­приятиях не мог обеспечить это производство без ущерба для выпускаемой продукции, то предлагалось разместить изготовление ПТР Ру­кавишникова на заводе им. Фрунзе НК общемаша в г. Шуе, а ружью присвоить наименование «14,5-мм ПТР образца 1941 г.» Планировался вы­пуск в 1941 г. 5 тыс. штук, а в сентябре - первых 200 штук. На заводе №3 в Ульяновске предпола­гали организовать производство 14,5-мм патро­нов по чертежам НИПСВО, в том числе с сердеч­ником из керамических сплавов. На письме есть резолюция: «Вызвать 6.7 т.т. Устинова, Паршина и Горемыкина. 14 часов». Последние - наркомы общемаша и боеприпасов. Еще в одном проекте от 20 июля Устинов предлагал начать производс­тво ПТР Рукавишникова на заводе «Автотракто- родеталь» в Саратове, передав его в НКВ.
Передать этот завод в НКВ Устинов просил Сталина еще в письме от 9 июля, в котором предлагал организовать на нем производство ПТР по типу германского 7,92 мм PzB-39 (рис. 9) и обеспечить в 1941 г. выпуск 30 тыс. штук таких ружей. Испытания трофейного ружья прошли на НИПСВО днем ранее, причем имелось всего 7 патронов. Ружье пробивало 20-мм бронеплиту под углом 20° на расстоянии до 500 м включитель­но. Намечалось также наладить выпуск патрона к нему, включая разработку пороха и металлокерамического сердечника. Для разработки и про­верки технологии производства НКВ должен был изготовить на заводе N266 в Туле 5 тыс. ПТР. Про­изводство освоили в Туле к середине сентября, но были проблемы с тугим перемещением затво­ра, осечками, поломками деталей, неэкстракцией гильз, освоением патрона и т. д. Изготовленную до эвакуации партию ПТР примерно в 2 тыс. штук решили допустить в войска, но другие данные го­ворят о приемке только 426 7,92-мм ПТР.




Источник: http://копанина.рф
Категория: Оружие | Добавил: defaultNick (15.03.2011)
Просмотров: 13330 | Теги: противотанковые ружья СССР, ПТР РККА | Рейтинг: 3.7/3
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]